Роман длиною в жизнь

0
10

IMG_8045 1 сентября свой 75-й день рождения отметил Андрей Удовицкий. Его имя известно в среде селекционеров далеко за пределами нашей страны. Кроме того, десятки стихов Андрея Степановича положены на музыку.

Нашего знаменитого земляка мы застали за любимым делом. Он давно превратил небольшой огород возле дома в своего рода лабораторию. Здесь проводит все начальные этапы селекционной работы, отбирает родительские пары для скрещивания, проведения гибридизации.

— На создание нового сорта требуется порой не один десяток лет. А вы практически ежегодно выдаете новые. Как вам это удается?

— На этот вопрос мне приходится отвечать довольно часто. Особенно, если вспомнить, что за свою жизнь я вместе с коллегами вывел 35 сортов. Было бы начало (улыбается), у нас есть неплохой задел. А потому там, где кому-то требуется 12-15 лет, мы затрачиваем один. Хотя, надо сказать, процесс этот весьма кропотливый и сложный. На своем участке я получаю гибридную ягоду, извлекаю из нее ботанические семена и высеваю их в грунт. Ежегодно мы сеем около 30 тысяч ботанических гибридных семян. А после начинается самое сложное — отсев. Мы смотрим на состояние цветков и стеблей, компактность куста, устойчивость к болезням и стрессам. Существует 60 хозяйственно-ценных признаков, по которым картофель должен пройти отбор. Учитываются и вкусовые качества, однако дегустация происходит, как правило, на 7-8 год. И тогда, если картофель будет невкусным при всей своей внешней привлекательности и положительным показателям, он будет выбракован. В процессе появляются столово-заводские сорта, или высококрахмалистые, а какие-то идеально подходят для промышленной переработки.

Я работаю в тесном содружестве с селекционерами Казахстана, России и Беларуси. К примеру, при моем творческом участии в России было создано три новых сорта: в Калуге районирована знаменитая «русалка», в Челябинской области — «тарасов», а в Казани «регги».

— Вы довольно разносторонний человек. Почему именно картофель стал делом всей вашей жизни?

— Я родился в станице Зеленчукской Ставропольского края, это Мекка картофелеводства, он там никогда не вырождается. В сельхозинституте мой руководитель предложил выполнить дипломную работу по картофелю. Помню, как закладывал опыты и очень тщательно трудился, благодаря чему блестяще защитил дипломную. И диссертацию я тоже защищал по картофелю. А в 1970 году меня направили в Казахстан. Признаюсь, сначала думал: поработаю год-два, а потом уеду на родину, ведь у меня там все родственники. Но все получилось иначе. Здесь я работал на опытной станции, сначала был старшим научным сотрудником, потом — заведующим плодоовощеводчества. С тех пор и длится мой роман с картофелем.

— А есть среди созданных вами сортов наиболее любимые?

— «Дуняша», он носит имя моей мамы. Этот сорт был создан у нас, но районирован в Алматинской области. Он побил многие сорта по устойчивости ко многим болезням, и дает богатый урожай. Еще есть сорт «удовицкий» (улыбается). Это коллеги-академики настояли. Дескать, столько сортов создал, и нет ни одного, названного в честь тебя. Я еще тогда сказал — вдруг сорт получится не очень удачным. Будут говорить «Удовицкий гниет» (смеется). А он получился устойчивым к фитофторе. Кроме того, сорт обладает высокой урожайностью и прекрасными вкусовыми качествам.

— Какова судьба сортов картофеля, созданного вами?

— Я как селикционер, вместе со своими коллегами создаю новые сорта. Сейчас на первый план выходит новое направление — создание картофеля с окрашенной мякотью. Он приносит большую пользу для здоровья.
Однако надо сказать, что внедрять новые сорта весьма непросто. К сожалению, нарушилась вся система семеноводства. А этим воспользовались голландцы-немцы, продукция которых активно возделывается на наших полях. Пока наши сорта интенсивно используются только в индивидуальном секторе. Однако есть все предпосылки к тому, чтобы они были востребованы. Ведь
отечественные сорта лучше иностранных по многим показателям, в том числе и по вкусовым качествам. Для того чтобы внедрить сорт, его достаточно оздоровить и применить современные методы безотходной биотехнологии. А после наладить первичное семеноводство. За три года можно вырастить элиту.

Мне импонирует то, что все наши казахстанские сорта хранятся в мировом генофонде в институте имени Вавилова в городе Санкт-Петербурге. К этой коллекции имеет доступ любой селекционер, который на основе имеющихся сортов может создать что-то новое, усовершенствованное. Ведь и я не на пустом месте занимаюсь селекцией, собираю то, что мне нужно, по крупицам.

Своя коллекция из 550 сортов имеется и в нашем научном институте. Туда включены и те, что создали мы с коллегами. Судьба сортов разная. К примеру, один из первых, названный по буквам фамилий селекционеров «курант -1» не пришелся по вкусу, так и оставшись частью коллекции. Это был первый мутантный сорт, созданный в Советском Союзе. 14 сортов, переданных нами, районированы в Казахстане. К примеру, «акжар» уже 30 лет используется и считается стандартом для сравнения с другими сортами. «Дуняша» районирована в четырех областях Казахстана. Популярны также «алая заря» и «костанайские новости».

— Вы посвятили всю свою жизнь сельскому хозяйству. Наверняка, воспитали немало преемников.

— Надо сказать, что я подготовил более полусотни студентов-дипломников, двух магистров и неоднократно был председателем комиссии при выпуске ученых агрономов в Костанайском университете.
С прошлого года свои полномочия в Костанайском научно-исследовательском институте сельского хозяйства я передал своему ученику Виталию Тайкову. Он продолжает мое дело. Сейчас я работаю на полставки, только до обеда. Но не привык сидеть без дела, потому большую работу провожу дома.

Стоит отметить, что многие племянники и племянницы продолжают мое дело. Да и сыновья окончили сельхоз-институт. Один — инженер-механик, другой — бухгалтер-экономит, но свою жизнь связали с сельским хозяйством. Есть пристрастие к этому делу и у внуков, но больше всего их интересует вторая сторона моей жизни, творчество.

— Кстати, о творчестве. Вы уже на протяжении многих лет верны перу. А что вам все же ближе — стихи или проза?

— Вы знаете, я опубликовал за жизнь свыше ста научных работ. Изданы семь книг, в том числе один поэтический сборник. Две из книг изданы в России. Есть стихи еще на одну книгу, но пока я не тороплюсь с ее изданием.

Тяга к творчеству идет еще со школы, когда я начал писать стихи. В прозе у меня мало произведений, хотя начинал я именно с нее. Когда-то давно направил свой рассказ в «Пионерскую правду». Поспешил, и написал «Продолжение следует…». Вскоре пришло ответное письмо. В нем мне сообщили, что рассказ, конечно, хорош, но надо уделить больше внимания русскому языку и чтению. Продолжения так и не написал.
Однажды меня чуть было не вытурили из института за творчество. Так вышло, что в газете напечатали мои стихи, и я был окрылен этим событием. Профессор читал лекцию и несколько раз сделал мне замечание за мою невнимательность, а после выгнал из аудитории. Пришлось признаться в причине.

Я рад, что мои стихи приходятся по душе читателям. Кстати, некоторые из них переложены на музыку и исполняются, причем не только в нашей стране.
Сказать, что больше мне по душе, довольно непросто. Ведь все: картофель, стихи и проза — это моя жизнь. А ведь есть еще музыка. Я владею практически всеми музыкальными инструментами. Когда-то играл в студенческом духовом оркестре и эстрадном оркестре. Когда приехал жить и работать в Заречное, принимал активное участие в местной художественной самодеятельности.

— Спасибо вам за интересную беседу. С юбилеем, крепкого здоровья!

На прощание юбиляр провел экскурсию по своим владениям, угостил душистой малиной, клубникой, хрустящим огурчиком и пасленом прямо с грядки. А еще показал свое новое достижение — цветущую ветку «уралочки». Причем, как рассказал селекционер, делать этого растение вовсе не собиралось. Он его заставил. Андрей Степанович посетовал, что погода нынче стоит неподходящая. А так появившимся плодам не хватит времени, чтобы вызреть. Селекционер пошутил, дескать, заказал у яблони букет цветов к своему дню рождения. А она зацвела немного раньше. Он признался — им двигало научное любопытство ученого. Хотя, подобный опыт вполне можно применить в жизни, чтобы получать с плодовых деревьев по нескольку урожаев в год. В планах у Андрея Удовицкого попробовать свой прием на яблонях других сортов и на груше. Получится — будет подавать заявку на патент.

Жанна Айтпаева

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here